Скандинавские банки наконец выходят из тени скандала с отмыванием денег из РФ — Bloomberg

Скандинавские банки начинают закрывать одну из самых болезненных страниц в своей истории — скандал с отмыванием средств из России через балтийские подразделения. После почти десяти лет расследований, штрафов и давления со стороны США и европейских регуляторов риски новых санкций снижаются, а сами банки постепенно возвращаются к нормальной операционной повестке, пишет Bloomberg.

Отправной точкой для этого дела стали расследования, связанные с «делом Магнитского» и фондом Hermitage Capital, который в середине 2000-х был крупнейшим иностранным портфельным инвестором в России. Его основатель Билл Браудер вместе со своей командой изучал схему хищения $230 млн из российского бюджета через фиктивные налоговые возвраты.

Юрист фонда Сергей Магнитский выявил эту схему, после чего был арестован и умер в СИЗО в 2009 году. После его смерти Браудер начал международную кампанию по расследованию движения этих средств за пределами России.

Документы, полученные командой Браудера, прослеживали движение средств из российских банков на счета за рубежом, в том числе в филиалах скандинавских банков, работавших в странах Балтии, — в первую очередь в эстонском подразделении Danske Bank. В 2016 году следователи установили, что через него проходили миллиарды долларов подозрительных операций. Вслед за Danske Bank в расследования оказались втянуты и другие банки региона, прежде всего Swedbank, чьи операции в Балтии также обрабатывали значительные потоки средств от нерезидентов, включая российских клиентов.

«За этим последовал нарастающий кризис во всей скандинавской банковской отрасли. Расследования установили, что недостатки в процедурах противодействия отмыванию денег способствовали незаконному перемещению через балтийские филиалы почти $230 млрд , связанных с Россией», — говорится в материале Bloomberg.

Последствия расследований для сектора оказались масштабными:

На пике кризиса ситуация выглядела настолько серьезной, что в Швеции обсуждался риск ограничения доступа банков к долларовым расчетам со стороны США. «Это было бы близко к катастрофе как для финансового сектора Швеции, так и для страны в целом», — сказал Bloomberg Пер Болунд, занимавший в то время пост министра финансовых рынков Швеции, добавив, что утрата доступа к доллару фактически лишила бы банки возможности «вообще работать на рынке».

В ответ регуляторы резко ужесточили требования. В Дании штрафы за нарушения в сфере противодействия отмыванию денег увеличили в восемь раз, а для руководителей банков ввели риск уголовной ответственности.

Спустя почти десятилетие давление на банковский сектор Скандинавии начинает ослабевать. Как отмечает агентство, ключевые расследования в рамках «российского следа» либо завершены, либо близки к завершению. Например, Министерство юстиции США закрыло проверку в отношении Swedbank без предъявления обвинений. Также агентство установила, что Danske Bank впервые с начала скандала не упомянул эту тему в своей официальной отчетности за 2025 год.

Кризис, как отмечает Bloomberg, оставил «неизгладимый след» в скандинавском финансовом секторе, поскольку банкам пришлось радикально перестроить систему комплаенса.

Финансовые издержки, связанные с реагированием на расследования в сфере противодействия отмыванию денег, далеко вышли за рамки номинальных штрафов, отметил Хоканссон. Банки потратили «десятки миллионов долларов» на сопровождение расследований, привлечение юридических консультантов — в том числе дорогостоящих американских адвокатов — и реструктуризацию внутренних систем. Начиная с 2019 года подразделения по противодействию отмыванию денег и финансовым преступлениям внутри банков резко расширились. В 2024 году шведские банки подали в Финансовую полицию более 50 тысяч сообщений о подозрительных операциях. Такой поток сигналов оказался настолько масштабным, что в отрасли начали сомневаться, способны ли власти его оперативно обработать, отмечает агентство. 

Неопределенность в отношении будущих санкций давила на инвесторов, поскольку банки были вынуждены держать избыточный капитал в счет возможных штрафов. Хоканссон отметил, что в случае Swedbank консенсус-прогнозы на определенном этапе предусматривали около 10 млрд крон возможных штрафов, и этот вопрос неизменно всплывал на встречах с инвесторами. Теперь, когда эта угроза миновала, «в течение ближайших двух лет Swedbank должен иметь возможность выплачивать 100% прибыли», — сказал Хоканссон, добавив, что это обернется «очень хорошей дивидендной доходностью» для инвесторов. 

Браудер заявил Bloomberg, что скандал существенно укрепил позиции банков региона. Экспансия скандинавских банков в страны Балтии, по его мнению, была продиктована стремлением к росту, а не злым умыслом. Регион воспринимался как естественное продолжение их домашних рынков, однако кредиторы недооценили риски, заложенные в местных финансовых системах. «Это не был злонамеренный датский или шведский проект. Они воспринимали Прибалтику как свой естественный задний двор, но не знали, что именно приобрели», — сказал Браудер. «Скандинавские банки, вероятно, сегодня являются одними из наиболее устойчивых в мире с точки зрения противодействия отмыванию денег — потому что никто никогда не хочет повторения произошедшего», — считает он.

Сергей Магнитский — российский аудитор и налоговый консультант, работавший с фондом Hermitage Capital. В 2007 году Магнитский обнаружил схему хищения средств из российского бюджета. Речь шла о возврате налогов на сумму около $230 млн: по его данным, компании фонда были незаконно перерегистрированы, после чего от их имени подали заявления на возврат налога, и деньги были выплачены из бюджета.

В 2008 году Магнитского арестовали. Следствие обвинило его в пособничестве в уклонении от уплаты налогов в интересах Hermitage Capital. Сам он и его коллеги утверждали, что уголовное преследование связано с его показаниями против сотрудников силовых и налоговых органов, причастных к этой схеме.

Магнитский провел почти год в СИЗО и умер в ноябре 2009 года в камере СИЗО «Матросская тишина» в возрасте 37 лет.

Основатель Hermitage Capital Билл Браудер после этого начал кампанию за расследование произошедшего и наказание причастных. В результате в США в 2012 году был принят «закон Магнитского», предусматривающий персональные санкции против лиц, обвиняемых в нарушении прав человека. Позже аналогичные механизмы появились и в других странах.