Российский финансовый рынок пойдет по стопам Ким Ир Сена
Под конец года произошло долгожданное, по крайней мере, для чиновников, событие – после многочисленных мытарств Минфин все-таки внес в правительство стратегию развития финансового рынка до 2030 года, а то незамедлительно ее утвердило. «Кто-то над нами смеется и говорит, что сейчас не время это делать: лучше пусть все устаканится. Мы же считаем, что все-таки в любой ситуации – и в текущей волатильной ситуации – нужно определять вектор развития», — говорил накануне директор департамента финансовой политики министерства Иван Чебесков.
И вот о том, каков этот самый «вектор развития», говорится в преамбуле этого документа: «Ключевой задачей на горизонте до 2030 года станет ускорение преобразования российской экономики с опорой, в первую очередь, на внутренние источники финансирования инвестиций». Ну, то есть, что называется, с опорой на собственные силы.
Нельзя сказать, что российский Минфин стал первопроходцем в выдвижении таких лозунгов. Наш, отечественный Антон Силуанов встал в почетном ряду вместе с создателем КНР «великим кормчим» Мао Цзэдуном, руководителем социалистической Албании Энвером Ходжи, отцом-основателем танзанийского государства Джулиусом Камбараге Ньерере и даже с самим «вечным президентом» Северной Кореи, «великим вождем», товарищем Ким Ир Сеном. Именно опора на собственные силы, в конце концов, ведь и стала идеологической основной КНДР – идеологией чучхе.
Чучхеизация российской финансовой системы, надо сказать, — наверное, все-таки не желание регуляторов, а уже свершившийся факт. Минфин просто на стратегических скрижалях запечатлел произошедшие изменения – автаркизацию финансовой системы. Достаточно перечислить несколько изменений произошедших в этом году: меры валютного контроля, предпринятые ЦБ в ответ на блокировку половины золотовалютных резервов, превратили российский рубль из свободно конвертируемой валюты в ее эрзац, разрушение депозитарного моста между российской инфраструктурой и западной порвали связи почти со всеми развитыми финансовыми рынками, уничтожение системы корреспондентских счетов у российских банков и отключения их от SWIFT, блокировка «недружественных» — а, по сути, почти всех крупнейших институциональных инвесторов…
Список можно продолжать, очевидно одно – российский финансовый рынок стал замкнутым на себя и в себе. Идеи чучхе для российского финансового рынка становятся все более актуальными: и с каждым днем, с каждыми новым санкционным ударом, с каждым новым «ответом» российских властей, они становятся все более реальными. И нет, это уже не режим Ирана, как предполагалось в первой половине года, это режим ЮАР периода апартеида, плавно дрейфующий к КНДР, о чем говорят и лозунги Минфина, призывающие опираться на собственные силы.
Все это, естественно, сопровождается деградацией финансовой системы, которая на фондовом рынке превратилась в «ПУК», как написала моя коллега. Чего только стоят цифры – физическими лицами выведено из страны за год 1,9 трлн рублей на зарубежные счета, доля количества активных клиентов российских торговых площадок достигла исторического минимума, а из страны уехало как минимум миллион человек экономически активного населения. Этот миллион, наверное, сложно будет заставить вкладываться в страну, с которой они не хотят больше иметь ничего общего.
В этих условиях, наверное, стоит вспомнить реализацию идей опоры на собственные силы. И вот тут, к сожалению, для стратегов из Минфина нет впечатляющих результатов: голод в эпоху «Большого скачка» или, вот пример, в социалистической Албании лишь 7 тысяч человек из 2,7 млн населения на 1991 год (правление Энвера Ходжи завершилось в 1985 году) обладали автомобилями, или итоги реализации идей чучхе, которые, конечно, более известны. «Верной дорогой идете, товарищи!» — как говорил с плакатов Владимир Ильич Ленин. Но, кстати, надо сказать, что советское руководство даже в самые лютые годы противостояния с «недружественными» тогда странами все равно не отказывались от сотрудничества с ними.