Инвестирующий в солнечную энергию фонд превзошел другие ESG-фонды по доходности
Управляющий фондом Triodos Investment Management Винсент ван Харлем из Нидерландов превзошел по доходности всех конкурентов за первые семь месяцев 2022 года, используя самую строгую в части регулирования в Европе категорию фондов ESG, пишет Bloomberg. Этот фонд инвестирует в проекты ветровой и солнечной энергетики. За этот год он вырос почти на 50%. Стоимость фонда составляет $190 млн.
Согласно данным, собранным Morningstar, на которые ссылается агентство, по состоянию на конец июля, ни один другой фонд, зарегистрированный в соответствии со статьей 9 — самой экологичной классификацией в своде правил ЕС по ESG-инвестициям — не добился большего успеха. В этом году индекс MSCI World упал на 18%. Индекс MSCI World Energy Sector Index с начала года вырос на 34%.
По словам управляющего фондом, его стратегия заключалась в том, чтобы инвестировать в частные компании и стартапы в области новых технологий. «Энергетический переход требует устранения узких мест, и одно из них — предоставить предпринимателям, у которых есть хорошие идеи, ресурсы, необходимые для их быстрой реализации», — сказал Винсент ван Харлем. Фонду Triodos удалось найти золотую середину на пересечении кризиса энергоснабжения в Европе и растущего спроса на ESG-фонды.
По данным Morningstar, во втором квартале ESG-фонды с самым жестким регулированием в части экологии привлекли около $6 млрд. При этом фонды с более слабой категорией ESG (статья 8) потеряли около $30 млрд. По оценкам Morningstar, более дюжины фондов недавно были вынуждены отказаться от регистрации по статье 9, следуя указаниям ЕС. «Со временем групп, притворяющихся «зелеными», будет все меньше и меньше», — сказал ван Харлем. «Для компаний будет рискованно маркировать фонды как ESG, хотя они на самом деле не являются таковыми».
Управляющий фондом отметил, что спецоперация России на территории на Украине и порожденный ею энергетический кризис резко увеличили его портфель в этом году. «Мы находимся в эпицентре газового кризиса», — сказал он — «вот почему мы перешли на батареи».