Суд обязал Сбербанк выплатить 1,4 млрд рублей за использование бренда PayQR

Девятый арбитражный апелляционный суд признал Сбербанк нарушившим права компании ФИТ на товарные знаки PayQR и обязал банк выплатить правообладателю компенсацию в размере 1,445 млрд рублей. Об этом сообщает «Коммерсантъ» со ссылкой на постановление суда. Суд также запретил использовать обозначения SberPay QR и «Плати QR» в сервисах бесконтактной оплаты по QR-коду. Исполнение решения пока приостановлено до рассмотрения кассационной жалобы.

Компания ФИТ, принадлежащая, по данным СПАРК, Глебу Маркову, разработала сервис бесконтактных платежей PayQR еще в 2014 году, а в 2016-м зарегистрировала одноименный товарный знак в Роспатенте. В тот период она вела переговоры о сотрудничестве со Сбербанком, напоминает издание. Однако в 2019 году банк запустил собственный сервис оплаты по QR-коду и начал использовать сходные обозначения — SberPay QR и «Плати QR» — на сайте, в рекламе и на терминалах.

С 2021 года ФИТ направляла банку претензии с требованием прекратить использование схожих обозначений, но конфликт в итоге перешел в судебную плоскость.

Изначально компания потребовала 2,9 млрд рублей компенсации, указывая на сходство используемых обозначений. Однако Арбитражный суд Москвы отказал в иске. Первая инстанция сочла, что слова Pay и QR используются банком как призыв к действию, а не как средство индивидуализации услуги. Кроме того, суд указал, что присутствие логотипа «Сбера» снижает вероятность смешения брендов.

Апелляционная инстанция заняла противоположную позицию.

Из постановления суда следует, что обозначения, применяемые ФИТ и Сбербанком, обладают высокой степенью сходства, прежде всего по словесному элементу, который легче воспринимается и запоминается потребителями, чем графическое оформление. Небольшие визуальные различия и дополнительные элементы, по мнению суда, не меняют общей схожести.

Апелляция подчеркнула, что наличие собственного бренда не дает правообладателю права использовать чужой товарный знак, даже если он сопровождается известным брендом компании. Иными словами, добавление слова Sber не устраняет риск нарушения.

Суд также обратил внимание на характер деятельности сторон. ФИТ включена в реестр поставщиков платежных приложений Банка России и участвует в обработке платежных операций, включая расчеты по банковским картам. В таких условиях потребители могут воспринимать сервисы как связанные между собой.

Это подтверждается и социологическим опросом «Левада-центра» (признан иноагентом), который выявил риск смешения обозначений у 32% респондентов. Суд отметил, что в судебной практике достаточно показателя около 25%, а иногда и 10%, чтобы признать вероятность смешения.

Представленные Сбербанком исследования ВЦИОМ и заключения Института социологии РАН суд отклонил, указав, что их выводы противоречат разъяснениям пленума Верховного суда.

Кроме того, апелляция отметила, что банк пытался оспорить правовую охрану товарных знаков PayQR, но впоследствии отказался от этой попытки.

Суд пришел к выводу, что действия банка носили умышленный характер. В материалах дела указано, что в 2016–2017 годах Сбербанк и ФИТ вели активные переговоры о сотрудничестве в сфере платежных сервисов и обсуждали использование программного обеспечения и товарных знаков PayQR. Таким образом, банк был осведомлен о существовании и правовом статусе этих обозначений.

По мнению суда, использование схожих обозначений позволяло банку получить конкурентное преимущество, поскольку услуги оплаты по QR-коду могли оказываться и под другими названиями.

Эксперт, привлеченный нотариусом, оценил стоимость незаконного использования товарных знаков примерно в 14,4 млрд рублей. При этом сама компания ФИТ заявила иск на 2,9 млрд рублей, чтобы, как отмечалось в материалах дела, избежать чрезмерного вмешательства в имущественную сферу ответчика.

Апелляционный суд признал экспертное заключение допустимым доказательством, поскольку такие исследования приравниваются по юридической силе к судебной экспертизе.

Тем не менее суд решил снизить сумму компенсации, руководствуясь принципами справедливости и соразмерности, и определил ее размер в 1,445 млрд рублей. Эта сумма составляет около 0,11% чистой прибыли Сбербанка за девять месяцев 2025 года.

В компании ФИТ заявили «Коммерсанту», что считают решение апелляционного суда законным и обоснованным. Там подчеркнули, что права на товарные знаки PayQR принадлежат ей более десяти лет, тогда как у Сбербанка аналогичные обозначения не зарегистрированы. Кроме того, банк ранее фактически признавал права ФИТ на этот бренд.

Сбербанк отказался комментировать ситуацию. Из картотеки арбитражных дел следует, что банк уже подал кассационную жалобу в Суд по интеллектуальным правам и добился приостановления исполнения решения.

Эксперты называют дело одним из наиболее заметных споров на российском финтех-рынке. Советник практики интеллектуальной собственности юридической компании ЭБР Артем Евсеев отмечает, что речь идет об одном из крупнейших исков о компенсации за нарушение товарного знака. Руководитель группы интеллектуальной собственности CLS Виктор Калужский указывает, что в 86% подобных дел в первом полугодии 2025 года сумма требований не превышала 300 тысяч рублей.

При этом некоторые юристы считают позицию апелляции спорной. Так, юрист Orchards Максим Миронов обращает внимание, что Сбербанк не регистрировал товарные знаки со словами Pay и QR отдельно. Управляющий партнер Ermolina & Partners Дарья Ермолина также сомневается в охраноспособности отдельных элементов обозначения PayQR, поскольку термин QR широко используется в платежной индустрии, а Pay напрямую указывает на функцию оплаты. Кроме того, по ее мнению, использование известного «зонтичного» бренда Sber могло снижать риск смешения сервисов.

Однако другие эксперты поддерживают выводы апелляционного суда. По словам Виктора Калужского, ключевым фактором стало то, что товарные знаки PayQR официально зарегистрированы и находятся под правовой охраной. Артем Евсеев также отмечает, что на исход дела могли повлиять предшествующие переговоры сторон и претензии, направленные правообладателем. Кроме того, ответчик не представил собственный расчет компенсации и не оспорил оценку истца, что в подобных делах может сыграть важную роль.