Что стало с иностранным банковским бизнесом в России

После того, как иностранцы массово остановили бизнес в 2022 году, их место легко заняли российские игроки. Однако российские дочки многих иностранных банков работают в стране до сих пор.

Тяжелее всего пришлось европейцам — они оказались между молотом и наковальней. С одной стороны на них давил Европейский центробанк, подталкивая активнее сворачивать бизнес в России, а с другой — российский регулятор, который этот процесс старался затормозить.

На их фоне особняком стоят венгерская OTP Group и китайские банки, которые воспользовались ситуацией и кратно увеличили бизнес за счет расширения кредитования и трансграничных расчетов. Двум крупнейшим дочкам китайских банков даже пришлось засекретить отчетность, так как их рост привлекал много внимания. Оставшиеся публично открытыми китайские банки показывают дальнейший рост, как и их коллеги из Индии и Южной Кореи.

Однако некоторые банки формально растут не из-за бизнес-стратегии, а из-за того, что их заблокированные активы пополняются дивидендами и купонами по облигациям.

На фоне постоянных выступлений про «уйдут или национализируют» Frank Media проследили, как все эти годы менялась структура бизнеса «дочек» зарубежных банков и что от него осталось.

Дочки UniCredit и Raiffeisen Bank International остаются в списке системно значимых банков, несмотря на то, что вот уже почти четыре года оба банка сокращают бизнес в России. В рэнкинге «Интерфакса», рассчитанном по стоимости активов, обе компании также продолжают занимать далеко не последнее место: Райффайзенбанк расположился на 12-й строчке, Юникредитбанк — на 20-й.

Кредитный портфель Райффайзенбанка с начала 2022 года сократился в четыре раза до отметки в 255 млрд рублей. У дочки UniCredit портфель за это время уменьшился почти в 10 раз: с 670 млрд рублей в начале 2022 года до 67 млрд рублей к 1 декабря 2025 года.

Еще одним банком, который продолжает попытки уйти из России, является «дочка» итальянской Intesa. Ее кредитный портфель за это время тоже заметно сжался — с 56 млрд рублей до менее 5 млрд рублей.

Однако, несмотря на столь стремительное сокращение кредитования, банку удается генерировать эффективную рентабельность капитала, указывало агентство «Эксперт РА». «Интеза» получает заметную прибыль на конверсионных операциях. К 1 апрелю 2025-го ROE банка в годовом выражении достигла 69%. К тому же агентство дало положительную оценку планам банка «по дальнейшему постепенному развитию бизнеса». Но сама «Интеза» о них не сообщала с 2022-го.

Райффайзенбанк держит на нуле ставки по клиентским средствам, однако те не торопятся их забирать, сетовал топ-менеджмент RBI на последнем звонке с аналитиками. Из отчетности банков видно, что депозиты у дочек европейских банков сокращаются гораздо медленнее, либо даже растут как у «Интезы».

Райффайзенбанк, например, остается для группы прибыльным активом, даже соблюдая требования Европейского Центробанка. По требованию ЕЦБ российская дочка группы размещает избыточную ликвидность на депозитах в Центробанке под 21% годовых. Кроме того, она не открывает новые вклады в России. Именно это во многом позволяет группе продолжать зарабатывать в России.

Аналогичная ситуация с фактическими бесплатными депозитами и в Юникредитбанке, где население все еще хранит свои деньги, несмотря на то, что ставка по вкладам для физлиц составляет 0,01% при средней ключевой в 2025-м — 19,2%.

Что касается ликвидности на депозитах в ЦБ, то она у «дочек» заметно увеличилась. Если в феврале 2022-го Райффайзенбанк хранил в Банке России всего 50 млрд рублей, то к концу 2025-го эта сумма составила 839 млрд рублей, или 40% активов. Аналогичная ситуация в других «дочках». Средства Юникредитбанка в ЦБ выросли с 0 до 317 млрд рублей, или 42% активов. Для сравнения: весь кредитный портфель Юникредитбанка в 2025-м занимает менее 9% его активов. «Интеза», на декабрь 2025-го, на депозитах в ЦБ хранила 75% своих активов — 100 млрд рублей — при кредитном портфеле менее 5 млрд рублей.

Однако в банковском секторе наиболее ярко проявилось, что кризис для одних — это время возможностей для других. Пока портфель одних банков сужался, деньги в другие текли чуть ли не рекой. В основном это касается банков с капиталом из дружественных стран — например, из Китая и Индии.

За три года — с начала санкционного кризиса 2022 года к концу 2024 — дочка Bank of China — российский «Бэнк оф Чайна» — и «АйСиБиСи банк», который принадлежит Industrial and Commercial Bank of China Limited, прочно обосновались в топ-30 по размеру активов. Однако в конце 2024 года обе одновременно скрыли всю отчетность. Оценить размер их бизнеса и его рост в 2025 году можно только косвенно — по комментариям рейтинговых агентств.

Два пока еще публичных банка с китайским капиталом продолжили расти и в 2025-м. Активы «Чайна констракшн банка» (дочка China Construction Bank) — за четыре года выросли в шесть раз, объем клиентских средств — в 10 раз (75 млрд рублей на депозитах, 20 млрд — на счетах), кредитный портфель — на минимуме. В «Чайнасельхозбанке» при кредитном портфеле в 19 млн рублей, почти вся ликвидность — 25 млрд рублей (более 80% активов банка) — размещена на депозитах в ЦБ.

Клиентские средства на депозитах и счетах в «Коммерческом Индо банке» (100%-ная дочка Государственного банка Индии) с 2022 года выросли с 2 до 95 млрд рублей. При этом кредитный портфель у банка минимальный — до 500 млн рублей, а почти всю ликвидность он также держит на депозитах в ЦБ — там к декабрю 2025-го он разместил 113 млрд рублей.

В каждом из описанных случаев можно заметить прирост клиентских средств, тогда как у их европейских коллег они, наоборот, убывают, за исключением «Интезы».

Улучшила свои позиции на рынке и венгерская OTP Group, чья российская дочка, к концу 2025-го, нарастила кредитный портфель до 360 млрд рублей, причем основной фокус пришелся на ссуды физлицам. В начале 2022-го портфель банка был куда скромнее — 123 млрд рублей. ОТП-банк также заметно нарастил депозиты: портфель корпоративных вырос с 17 до 330 млрд рублей, розничных — с 30 до 88 млрд рублей. Кроме того, ОТП-банк — единственная «дочка» европейского банка, получившая разрешение на выплату дивидендов в Венгрию. По информации двух источников Frank Media, получить разрешение о выплатах пыталась получить группа Intesa, однако она перестала раскрывать информацию о своей деятельности в России и доказать наличие выплат и их размер сложно.

Особняком в этой истории расположилась «дочка» JPMorgan, один из первых заявивших об уходе из России. Баланс банка сильно увеличился за счет роста средств на корсчетах — с 36 до 402 млрд рублей , кроме того в 200 раз выросли средства клиентов — до 400 млрд рублей. 

Однако эти 400 млрд рублей — средства клиентов — лежат на «прочих счетах», к которым, согласно правилам бухучета, относятся в том числе счета типа «С» с заблокированными активами. JPMorgan вплоть до 2022 года являлся одним из крупнейших депозитариев в России. Банк вел программы депозитарных расписок для крупнейших российских компаний, в которые активно инвестировали иностранцы. Именно из-за средств от купонов по облигациям и дивидендов по акциям, которые копятся на счетах типа «С», скорее всего и растут номинальные активы JPMorgan в России. Это формально сделало банк один из участников топ-30.

Вопрос же о том, может ли JPMorgan пересмотреть свое решение по уходу из России при завершении конфликта на Украине, в штаб-квартире комментировать отказались.

Другая участь постигла «дочку» Citigroup, разрешение на покупку которой в ноябре получила структура «Ренессанс капитал — финансовый консультант». Активы российского Ситибанка в основном — на $7,2 млрд — состоят из средств на заблокированных счетах типа «С», которые находятся под управлением Агентства по страхованию вкладов. В отчете за 2024 год группа указывала, что вся эта сумма — дивиденды, причитающиеся клиентам. Однако банк не может перечислить им средства из-за ограничений, наложенных российским правительством. Ситибанк традиционно являлся одним из крупнейших кастодианов и депозитариев. Однако то, что станет с активами Ситибанка во многом будет показательно для других «иностранцев».

В конце декабря Совет директоров Citigroup одобрил продажу российской «дочки», сделку планируется закрыть в первом квартале 2026-го. По заявлению компании, убыток от реализации актива до уплаты налогов составит $1,2 млрд — в основном речь идет об уменьшении «прочего дохода» группы. В Citigroup допускают, что сумма может увеличиться на фоне курсовых колебаний. Однако в перспективе «продажа оставшихся бизнес-операций принесет пользу капиталу Citi, в первую очередь за счет деконсолидации связанных активов, взвешенных по риску». Таким образом, реализация российской «дочки» позволит группе распустить резервы по рискованному активу.

«Проблема с Россией для нас состоит в том, чтобы лавировать между санкциями… У России 15 тысяч санкций… и все они разные, поэтому управление этим — это галактическое усилие по комплаенсу… это огромный вызов, — признавал осенью 2025-го глава Unicredit Андре Орчел. — Второй вызов, по крайней мере для нас, — это избежать национализации».

Орчел пообещал, что российское подразделение будет «практически исключено» из показателей группы в 2026-м. Означает ли это продажу, пока неизвестно.

В мае 2025-го Reuters сообщало, что банком интересовались три компании из ОАЭ — дубайские инвестфонды Asas Capital и Mada Capital планировали объединить усилия с Inweasta бывшего сотрудника «Альфа-групп» Андрея Елинсона. По данным агентства, консорциум инвесторов предлагал выкупить банк со скидкой в 60%. Однако пока эта история так и не получила продолжения. Орчел заявлял о нежелании продавать российский бизнес «любой ценой». На запрос Frank Media о готовности изменить свое решение по сворачиванию российского бизнеса в случае прекращения конфликта на Украине в Unicredit Group не ответили.

К активам Райффайзенбанка приценивался венгерский предприниматель Иштван Тиборц, он же — зять премьер-министра Виктора Орбана, писал австрийский Der Standard. В пользу его кандидатуры, по данным издания, высказались и в Банке России, и в бизнес-среде, близкой к российскому президенту. В Raiffeisen Bank International (RBI) тогда заявляли об отсутствии кандидата на роль покупателя, который удовлетворял бы все стороны сделки.

В сентябре 2025-го гендиректор RBI Йоханн Штробль заявлял, что «выведение российского бизнеса из консолидации — это то, над чем мы можем работать, но это не в наших руках. В этом процессе задействовано слишком много лиц, принимающих решение».

Но одним зятем Орбана список потенциальных покупателей банка не ограничивается. Вторым претендентом Der Standard назвало консорциум российских и западных бизнесменов. При этом в список отечественных вошли неподсанкционные лица. Консорциум, по его утверждениям, интересовался 30% акций Райффайзенбанка.

В RBI Frank Media подтвердили, что продолжают поиски покупателя на свой российский актив и позиция группы по уходу из страны не изменилась.

«Интеза» же, в свою очередь, привлекала структуры Газпромбанка и собственный топ-менеджмент. Однако источники Frank Media отмечали сложность потенциальной сделки из-за отказа итальянской стороны сохранять корреспондентские отношения с «дочкой». Впоследствии президент Владимир Путин подписал указ, разрешающий проведение сделок с российской «Интезой», но информация о приобретении банка после этого не появлялась. На запрос Frank Media итальянская группа не ответила.

В 2026 году перспективы продажи российского бизнеса останутся высоко чувствительны и к геополитике, и к существующим параметрам валютных ограничений на проведение трансграничных операций, подытожил Уклеин из «Эксперт РА».

Между тем, дочки европейских банков продолжают зарабатывать материнским структурам прибыль. В третьем квартале 2025-го прибыль российской «дочки» RBI составила 319 млн евро, или 38% от суммарной прибыли группы. Доля российской «дочки» Unicredit в структуре прибыли всей группы по итогам девяти месяцев 2025-го составляла чуть более 8% (710 млн евро группа заработала в России, а всего — 8,7 млрд евро). Вклад российской «Интезы» в прибыли итальянской группы еще меньше — менее 2%.

Разговоров об уходе из России, и о сохранении бизнеса достаточно. «Иностранцы» стали менее активны на российском рынке, но последний все еще приносит им деньги. Продавать «дочки» за бесценок у глав банков желания нет, но можно ли реализовать его иначе — в условиях 60% дисконта и обязательных взносов в бюджет — вопрос, скорее, риторический. И, судя по всему, в 2026-м, как минимум Райффайзенбанк, Юникредитбанк и «Интеза», продолжат искать ответ на него.