Ралли на рынке золота помогает Китаю бросить вызов Трампу и доллару — Bloomberg

Стремительный рост цен на золото помогает Китаю приблизиться к своей цели — построить мир, менее зависимый от финансовых рынков, ориентированных на США, пишет Bloomberg. 

Пекин уже на протяжении десяти лет накапливает золотые резервы, формируя запасы, которые, по оценкам, сейчас являются шестыми по величине в мире. Теперь стремительный рост котировок металла добавляет импульса этой стратегии. В среду, 8 октября, золото впервые превысило отметку в $4000 за унцию — отчасти благодаря непоследовательной политике президента Дональда Трампа как внутри страны, так и за ее пределами.

Рекордный рост цен сделал золото предметом первостепенного внимания в эпоху растущей международной напряженности и ослабевающих союзов — и официальные лица воспользовались этим моментом.

С начала этого года Пекин усилил роль Гонконга как внутреннего торгового центра, открыв первое зарубежное хранилище Шанхайской золотой биржи. Кроме того, Китай стремится привлечь другие страны хранить золото в своих таможенных складах. Следующим шагом, как ожидается, станет мотивирование центральных банков и суверенных фондов к торговле металлом, который они хранят, по аналогии с Лондоном, постепенно подрывая позиции самых устоявшихся мировых центров торговли золотом.

«Все факторы совпали — страны диверсифицируют резервы, геополитическая нестабильность растет, альтернативные платежные системы развиваются, — сказал Bloomberg Дин Шуан, главный экономист по Большому Китаю и Северо-Восточной Азии в Standard Chartered Plc. — Китай уже является крупнейшим производителем золота в мире. Теперь он хочет закрепить свою роль в финансовой системе в тот момент, когда сопротивление этому минимально».

Золото позволяет достичь сразу нескольких целей. Увеличение доли на мировом рынке драгоценного металла приблизит Пекин к международному статусу, который он считает заслуженным. Этот металл поддержит использование юаня и даже может придать импульс Гонконгу.

Но самое главное — золото дает Китаю возможность предложить альтернативу финансовому господству США в тот момент, когда Вашингтон все активнее использует санкции и отталкивает даже своих давних торговых партнеров, пишет агентство.

За последние десять лет цены на золото выросли примерно вчетверо, превысив отметку в $2000 во время пандемии, а затем — $3000 в марте 2025 года, когда Трамп объявил о новых тарифах. “Все — от государственных чиновников до покупателей золотых слитков в сети Costco Wholesale — ощущают последствия этого роста”, — пишет Bloomberg.

Импульс для этого эпического ралли во многом появился с появлением биржевых инвестиционных фондов (ETF) на рубеже тысячелетий, что упростило возможность делать ставки на металл, а позднее — благодаря растущему интересу со стороны центральных банков. В прошлом году центробанки обеспечили более 20% мирового спроса на золото — в отличие от среднего уровня примерно 10% в 2010-х годах.

В последнее время дополнительным стимулом стали ожидания более высокой инфляции и снижения процентных ставок. На этой неделе опасения из-за растущего госдолга и политической турбулентности в Вашингтоне окончательно подтолкнули золото выше отметки $4000 за унцию.

Пока инвесторы — от Японии до Великобритании — активно переходят к так называемой «стратегииe ухудшения портфеля» (debasement trade), уходя от фиатных валют в пользу активов вроде драгоценных металлов и биткоина, серебро также выиграло, приблизившись к своему собственному рекордному уровню — около $50 за унцию.

Для политиков, включая пекинских, высокие цены усилили привлекательность золота как резервного актива — и подчеркнули идею о том, что, втягивая больше золота в свою орбиту, Китай может повысить привлекательность своего рынка и своей валюты, особенно в момент, когда приток капитала уже начинает расти.

Золото также может удовлетворить растущий интерес Китая к альтернативным активам как способу противодействия доминированию доллара, включая даже стейблкоины — цифровые токены, привязанные к традиционным валютам. Пекин долгое время с настороженностью относился к криптовалютам, рассматривая их как угрозу финансовой стабильности и контролю за движением капитала, однако экономисты теперь видят возможность для перемен, поскольку США стремятся ужесточить контроль над этой зарождающейся технологией. Народный банк Китая не ответил на запрос Bloomberg.

«Китай пытается вывести хотя бы часть мировой финансовой системы из-под контроля США», — сказал Иикка Корхонен, глава Института развивающихся экономик Банка Финляндии, специализирующийся на Китае и России. По его словам, на фоне того, как Вашингтон подрывает собственную репутацию, Пекин «может увидеть возможность создать параллельную систему, основанную на золоте».

Как пишет Bloomberg, крупнейший в мире центр торговли золотом, Лондон, по-видимому, стал вдохновением для китайской стратегии.

В разгар существования Британской империи золото, добытое по всему миру, отправлялось в столицу для расчетов, что укрепляло и одновременно усиливало правовые, финансовые и торговые сети.

Город обладал хранилищами, затем установил стандарты рафинирования и ценовые бенчмарки. Так называемый London Good Delivery Standard обеспечивал определенный уровень чистоты золота и ограниченный список аккредитованных аффинажных предприятий, что позволяло эффективно торговать большими объемами металла. Чем больше золота переходило из рук в руки, тем больше состояний создавалось — и тем больше новых участников привлекалось на рынок.

Сегодня Лондон остается крупнейшим спотовым рынком золота в мире, тогда как Китай все еще отстает, даже спустя десять лет после допуска международных инвесторов к торговле юанем в Шанхае.

«Многие факторы, обеспечивающие позиции Лондона, формировались десятилетиями, — сказал Адриан Эш, директор по исследованиям платформы BullionVault, специализирующейся на торговле драгоценными металлами. — Преодолеть это будет сложно, потому что ликвидность всегда течет туда, где она уже наибольшая».

Одним из элементов этого успеха, который привлек внимание Пекина, стало хранение золота для других центральных банков в лондонских хранилищах. Эти банки часто торгуют или сдают золото в аренду, используя его для операций. Сегодня в Лондоне хранится более 8,8 тысяч тонн золота, что делает Банк Англии вторым крупнейшим хранителем в мире после Федерального резервного банка Нью-Йорка.

Как подчеркивает Bloomberg, именно эту модель Китай стремится воспроизвести.

Ранее в этом году Пекин начал привлекать центральные банки к покупке золота и хранению его в хранилищах, связанных с Шанхайской золотой биржей — главным торговым центром страны. Логика проста: став хранителем части иностранных резервов дружественных стран, Китай может повысить свое влияние на рынке и построить финансовую инфраструктуру, менее зависимую от доллара.

Доминирование традиционных центров торговли уже подвергается сомнению: ряд стран, включая Германию, репатриировали золото домой по соображениям безопасности или политическим причинам. Аналогичные шаги предприняли Польша, Нидерланды и Сербия.

Южная Африка, член БРИКС, которая укрепляет экономические связи с Пекином, заявила агентству, что рассматривает возможность хранения своих резервов «в любой оптимальной юрисдикции». «Пока слишком рано оценивать, будет ли альтернативная система отвечать тем же критериям», — отметил Резервный банк Южной Африки в электронном письме, добавив, что размещение золота в ключевых центрах позволяет активно управлять резервами и гарантирует, что золото будет глобально признано.

Разрешение центральным банкам торговать и предоставлять золото в аренду на Шанхайской золотой бирже станет логичным следующим шагом, считает Эш из BullionVault: «С учетом амбиций Китая это выглядело бы естественным развитием».

Другие институты настроены осторожнее. Национальный банк Сербии сообщил, что, хотя геополитические риски учитываются, страна уже репатриировала большую часть золота из-за рубежа и стремится «повысить доступность и безопасность резервов в периоды кризиса и неопределенности».

По крайней мере одна страна Юго-Восточной Азии уже выразила интерес к плану Китая, сообщили источники, знакомые с обсуждениями, пожелавшие остаться неназванными из-за чувствительности темы.

Опыт России после февраля 2022 года подталкивает Пекин к действию, подчеркивает Bloomberg. 

Китай имеет давнюю традицию изучать и перенимать опыт России, начиная еще с советской эпохи — немногие страны так глубоко анализировали её. Пекин столь же тщательно изучал финансовую «крепость», выстроенную президентом Владимиром Путиным за последнее десятилетие — систему защиты от санкций, которая заставила китайских чиновников задуматься о собственной зависимости от доллара.

Золото, накопленное российским Центробанком, сыграло ключевую роль в устойчивости финансовой системы страны после 2022 года. Россия более 10 лет назад начала сокращать долларовые активы и увеличивать долю золота в резервах. Как утверждает агентство, именно золото позволило Москве пережить заморозку иностранных резервов, беспрецедентную меру со стороны западных правительств. 

Золото рассматривается как ответ на экономическую неопределенность 2022–2023 годов, а также ключевым элементом экономики военного времени, пишет Bloomberg.

Со своей стороны, Китай добавляет золото в резервы с 2015 года, и делает это уже 11 месяцев подряд. Это совпадает со снижением вложений в американские казначейские облигации, объем которых к июлю упал на 41% по сравнению с концом 2015 года.

Некоторые аналитики полагают, что не все покупки Пекина отражены в официальных отчетах, но даже по открытым данным потенциал для накопления остается значительным: золото составляет менее 9% от общих резервов Китая, в то время как мировой средний уровень — около 20%, по данным World Gold Council. Для сравнения, золотой запас США, крупнейший в мире, более чем в три раза превышает китайский.

Рост цен на металл также удерживает внимание Пекина: даже если часть блеска этого ценового ралли поблекнет, основные движущие силы роста сохраняются. Центробанки, вероятно, продолжат диверсификацию, а частные инвесторы еще имеют пространство для роста: суммарные активы в ETF, обеспеченных золотом, пока значительно ниже пиков 2020 года, подчеркивает Bloomberg. По оценке Goldman Sachs Group, если даже 1% частных держателей казначейских облигаций переведут средства в золото, его цена может достичь 5000 долларов за унцию.

«Китай говорит об альтернативных платежах с новым уровнем уверенности, — пишет Bloomberg. — И золото — ключевая часть этой стратегии».