Российские суды взыскивают в бюджет средства за обход контрсанкций
В 2025 году в российских судах появились новые дела, связанные с нарушением контрсанкционных ограничений. В обоих недавних случаях — дело «Главпродукта» и дело Raven Russia — Генпрокуратура обвиняет компании в использовании схемы дробления выплат для обхода допустимого лимита на перевод средств за границу и требует взыскать суммы переводов в доход государства, сообщает РБК.
10 марта суд удовлетворил требование Генпрокуратуры об аресте имущества компании «Главпродукт» в связи с незаконным выводом 1,3 млрд рублей из России. Компанию подозревают в дроблении операций, чтобы каждый перевод не превышал 10 млн рублей. В случае с Raven Russia прокуратура требует признать недействительными сделки по переводу 6,1 млрд рублей в иностранные юрисдикции. По данным издания, ответчики нарушали антисанкционное регулирование, не помещая средства на специальные счета С и искусственно дробили обязательства по кредитным договорам и выплате дивидендов до 10 млн рублей.
Помимо дробления выплат, основные схемы обхода контрсанкционного законодательства связаны с попыткой избежать получения разрешения правительственной комиссии по контролю за осуществлением иностранных инвестиций, считает управляющий партнер адвокатского бюро «Астериск» Владимир Хантимиров. Разрешение правкомиссии на отдельные корпоративные действия пытаются обходить путем обращения в суд, добавляет партнер юридической фирмы Intellect Роман Речкин.
Среди прецедентных кейсов — оспаривание продажи летом 2022 года строительной компанией «Бауэр Технология» недвижимого имущества российскому предпринимателю без получения соответствующего разрешения правительственной комиссии. В октябре 2023 года российский суд впервые отменил сделку, проведенную без разрешения правкомиссии. Сделка была признана ничтожной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса.
Юрист АБ «Ольга Ренова и партнеры» Владислав Росляков выделяет такие схемы незаконного обхода контрсанкционных указов, как использование офшорных компаний, заключение бартерных сделок, использование альтернативных валют и криптовалютные транзакции. По его словам, судебная практика в части привлечения к ответственности за обход контрсанкций валютного регулирования пока еще формируется, а суды учитывают не столько формальные аспекты, сколько намерения сторон.
Другое значимое дело касается компании IKEA, где суд также пришел к выводу, что через оспариваемую сделку был осуществлен вывод денежных средств с территории России в обход контрсанкционных ограничений. С 2024 года наблюдается нарастающая тенденция по судебным делам, в которых затрагивается вопрос обхода специальных мер, отмечает руководитель практики валютного и AML-комплаенса Kept Антон Руднев.
Отдельные лица пытаются обойти запрет на перечисление за пределы страны дивидендов, полученных от российских компаний, посредством заключения договоров дарения с близкими родственниками или инвестирования полученных дивидендов в ценные бумаги, рассказывает старший налоговый консультант IPN Partners Мария Василенко. Такое сокрытие реального источника происхождения денежных средств может быть отслежено контролирующими органами, но такая практика на текущий момент не сформирована.
Специальная ответственность за нарушение контрсанкционных ограничений до сих пор не установлена, а в ее отсутствие Генпрокуратура использует общие нормы гражданского законодательства, в том числе статью о признании сделок ничтожными по причине противоречия «основам правопорядка или нравственности», и взыскивает в казну всю сумму незаконных сделок.
Введение ответственности за нарушение контрсанкционных указов вполне возможно в ближайшей перспективе, считает Василенко. Но ответственность не может быть применима «задним числом», в связи с этим привлечение к ответственности начнет действовать с даты принятия закона.