Число женщин, управляющих центральными банками, достигло исторического максимума

Доля женщин на высших руководящих позициях в финансовых институтах в 2026 году составила 19%, увеличившись по сравнению с прошлым годом на 3 процентных пункта (п.п.), следует из ежегодного доклада Gender Balance Index (GBI) от OMFIF. Исследование охватило 6 820 руководителей в 335 институтах, включая 185 центральных банков, 50 коммерческих банков, 50 пенсионных и 50 суверенных фондов, по данным на 2026 год. При этом женщины занимают 33% всех руководящих должностей — этот показатель не изменился с прошлого года.

Индекс гендерного баланса (GBI) OMFIF составляется на основе доли женщин на руководящих должностях в центральных банках, коммерческих банках, пенсионных фондах и суверенных фондах, при этом более высокий вес отдается высшим позициям. В 2026 году около половины институтов, включенных в индекс, улучшили свои показатели. Наибольший прогресс наблюдается в центральных банках и суверенных фондах.

Как отмечают авторы доклада, прогресс в гендерном балансе примечателен не только своей устойчивостью, но и контекстом, в котором он происходит:

Центральные банки показали наибольшие улучшения среди всех типов институтов в этом году. Число женщин-управляющих достигло исторического максимума — 35, из них шесть возглавляют региональные банки Федеральной резервной системы. Это наибольшее число женщин, когда-либо руководивших региональными банками ФРС в течение одного года, следует из доклада. Среди всех старших сотрудников центральных банков женщины занимают долю 33% против 30% в 2025-м.

Из 45 новых назначений на пост управляющих 11 пришлось на женщин. Три из них имеют опыт работы в центральных банках: Янчен Тшогьел возглавила Валютное управление Бутана, ранее занимая пост заместителя управляющего с 2016 года; Присцилла Такур стала управляющей Банка Маврикия после работы в различных должностях в банке с 2002 года; Анна Бреман возглавила Резервный банк Новой Зеландии, ранее занимая должность первого заместителя управляющего Sveriges Riksbank, став первой женщиной и иностранкой во главе этого центрального банка.

«Примечательно, что из 35 женщин-управляющих 21 прошла карьерный путь внутри системы центральных банков, что свидетельствует об укреплении внутреннего кадрового резерва», — говорится в докладе.

Лучше всего гендерный баланс представлен в Северной Америке: 43% управляющих региональными банками ФРС — женщины, а доля женщин среди заместителей управляющих составляет 60% — на 10 п.п. больше, чем годом ранее. Средний балл региона вырос до 82, что почти вдвое превышает общемировой показатель для центральных банков (42). Европа и Латинская Америка находятся выше среднего — их балл по индексу составляет 49 в каждом случае, при этом доля женщин среди заместителей управляющих превышает 30%. Азиатско-Тихоокеанский регион остается ниже среднего. Самые низкие показатели — у Ближнего Востока и Северной Африки.

Лучшими по гендерному балансу центральными банками в 2026 году названы ЦБ Самоа и Национальный банк Сербии (по 100 баллов), Резервный банк Фиджи (95 баллов), Национальный банк Грузии, Центральный банк Черногории и Центральный банк Брунея-Даруссалама.

Центральный банк России OMFIF поставил на 76-е место (против 15-го в 2025-м). Банк набрал 53 балла , на 29 меньше, чем в предыдущем году. По данным рэнкинга, в ЦБ РФ на начало года женщины заняли 33% от всего кадрового состава (ранее эта доля составляла 45%).

В Банке России Frank Media привели другие данные. Согласно информации регулятора, в 2025 году на долю мужчин в кадровом составе приходилось 49%, женщин — 51%, в 2024-м это соотношение было 50 на 50. Доля женщин в руководстве ЦБ составила 41%, топ-руководстве — 30%. Также, согласно информации Центробанка, в прошлом году, как и в 2024-м, среди сотрудников, получивших повышение, доля мужчин составила 47%, женщин — 53%.

«Банк России в своей деятельности опирается на принципы и подходы устойчивого
развития, включая гендерное равенство. За последние пять лет доля женщин и мужчин как
среди сотрудников, так и среди руководства мегарегулятора или сохранялась неизменной,
или менялась крайне незначительно. Обращаем внимание, что более десяти лет Банком
России руководит женщина – Эльвира Набиуллина», — говорится в ответе пресс-службы банка. Там отмечается, что изменения в кадровом составе носят объективный характер: сотрудник или руководитель могут поменять место работы или, например, уйти на пенсию. При этом при назначении на должность решение принимается исходя из профессиональных качеств специалиста, а не его гендерной принадлежности, подчеркивает ЦБ РФ.

Комментируя методику индекса GBI, в пресс-службе отметили, что даже переход одного из топ-менеджеров на другое место работы может значительно изменить позицию центрального банка в рейтинге (например, центральный банк Норвегии за год переместился с 8-го места на 75-е).

Коммерческие банки, по данным отчета, за последний год показали умеренный рост: средний балл по индексу вырос до 44 с 42 в 2025 году. При этом доля банков, улучшивших свои показатели, снизилась до 48% с 62% годом ранее. Авторы доклада объясняют это так: хотя число институтов, показавших рост, сократилось, те, кто нанимал женщин и продвигал их, сделали это более существенно — что и подтянуло общий средний показатель.

В 2026 году 8% коммерческих банков набрали более 80 баллов против 2% в 2025 году. Первое место занял JP Morgan с результатом 97 баллов — его показатель вырос на 30 пунктов благодаря назначению Дженнифер Пипсзак на должность операционного директора. Banco do Brasil также впервые преодолел отметку в 90 баллов.

Показатели выросли во всех регионах, кроме Ближнего Востока и Северной Африки. Самые высокие средние значения зафиксированы в странах Африки к югу от Сахары (59 баллов) и в Северной Америке (51 балл).

«В отчете за 2025 год отмечалось, что политическое давление вокруг инициатив DEI может негативно сказаться на показателях коммерческих банков, особенно в Северной Америке. Однако из 10 североамериканских банков, включенных в индекс, лишь у трех показатели снизились, а два набрали более 80 баллов. Это может свидетельствовать о том, что, несмотря на публичное сворачивание инициатив в области разнообразия, банки переходят к менее заметным мерам для сохранения ключевых элементов политики разнообразия», — говорится в докладе.

Значительный прогресс также наблюдался в Латинской Америке и Европе, где средние показатели выросли на 15 и 12 пунктов соответственно за последние пять лет. Во всех регионах крупнейшие коммерческие банки имеют как минимум одну женщину-гендиректора, при этом Европа лидирует с двумя: Ана Ботин-Санс де Саутуола и Беттина Орлопп продолжают возглавлять Santander и Commerzbank соответственно.

Доля женщин-гендиректоров не изменилась: всего семь коммерческих банков возглавляются женщинами, что составляет 14% от общего числа. Из пяти новых назначений лишь одно пришлось на женщину. Тан Су Шан стала гендиректором DBS Bank — первой женщиной во главе крупнейшего банка Юго-Восточной Азии. При этом OCBC Bank, где в 2021 году Хелен Вонг стала первой женщиной-CEO сингапурского банка, назначил новым руководителем мужчину — Тек Лонг Тана, что отразилось на показателе банка.

На уровне C-suite представленность женщин не изменилась и составляет 20%, при этом в 21 из 50 банков нет ни одной женщины в высшем исполнительном руководстве.

Пенсионные фонды в 2026 году вновь улучшили показатели гендерного баланса — средний балл вырос до 51 с 50 в 2025 году. Однако прогресс сосредоточен на уровнях ниже гендиректора и вне ключевых инвестиционных функций, пишут авторы доклада.

Доля женщин-гендиректоров в пенсионных фондах снизилась: в 2026 году женщины возглавляют 11 из 50 пенсионных фондов против 12 в 2025 году и 14 в 2024 году. Ниже этого уровня картина лучше: женщины занимают 38% позиций в исполнительных комитетах, 31% позиций C-suite, но лишь 34% бизнес-ролей. В разбивке по должностям женщины занимают 53% позиций финансовых директоров, 44% операционных директоров и лишь 29% инвестиционных директоров.

Как подчеркивается в докладе, этот дисбаланс — ключевая структурная проблема пенсионных фондов. Будущие гендиректора чаще приходят из бизнес-ролей, связанных с генерацией дохода, а не из вспомогательных функций. Женщины же остаются недопредставленными именно там — и пока это не изменится, прогресс на самом верху будет хрупким, следует из доклада.

Суверенные фонды показали наилучшие совокупные результаты за пять лет — средний балл вырос до 40 с 37 в 2025 году. Главным драйвером роста стала Европа, обогнавшая Северную Америку: средний балл европейских суверенных фондов достиг 54. Число женщин-гендиректоров выросло: теперь девять фондов из 50 возглавляются женщинами против семи годом ранее. Северная Америка и Европа дают по три женщины-CEO.

Однако структурная проблема сохраняется и здесь. Женщины занимают 63% административных позиций — и лишь 26% бизнес-ролей и 33% мест в исполнительных комитетах. В C-suite женщины сильнее всего представлены на позиции операционного директора (около половины), слабее — на позициях инвестиционного директора (чуть более пятой части) и финансового директора (около трети). Norges Bank Investment Management сохранил первое место с максимальным результатом в 100 баллов.

Несмотря на прогресс по всему индексу, структурные барьеры на пути женщин к самым высоким позициям сохраняются. Авторы доклада вводят новый показатель — коэффициент стеклянного потолка (glass ceiling ratio, GCR): отношение доли женщин на высшей должности института к доле женщин среди всех старших сотрудников. Значение 1 означает пропорциональное представительство. Как подчеркивают авторы рэнкинга, ни один тип институтов не достиг этой отметки: GCR для коммерческих банков составляет 0,41 — самый низкий показатель, — для центральных банков 0,58, для суверенных фондов 0,59, для пенсионных фондов 0,62. В среднем по индексу — 0,56: женщины попадают на топовые позиции чуть более чем в половине случаев от того, чего можно было бы ожидать исходя из их присутствия в руководящем составе.

Среди причин, сдерживающих продвижение женщин, авторы доклада выделяют несколько. Это нехватка прозрачности в процессах найма и продвижения, недостаточная политика в области ухода за детьми, неравномерное распределение обязанностей по уходу за семьей, а также структура самих рабочих мест в финансовой сфере. Последнее авторы разбирают подробнее — через концепцию «ненасытных» рабочих мест.

Как пишут авторы доклада, экономист Клаудиа Голдин ввела термин greedy jobs — «ненасытные рабочие места» — для описания работы, где оплата труда и карьерное продвижение непропорционально растут по мере увеличения количества отработанных часов. Иными словами, чем дольше, непредсказуемее и негибче занятость — тем выше отдача. При этом финансовые услуги особенно характерны для такой модели: здесь карьерный рост неявно вознаграждает постоянную доступность, быструю реакцию и долгие часы работы.

Проблема в том, что общество непропорционально перекладывает заботу о семье на женщин, объясняют авторы. По теории Голдин, когда у пары появляются обязанности по уходу, специализация становится рациональной: одному партнеру выгоднее брать на себя «ненасытную» работу, другому — более гибкую и менее оплачиваемую. Из-за господствующих общественных норм именно женщины чаще оказываются во второй категории. Это объясняет, почему в коммерческих банках — где зависимость карьерного роста от рабочего времени наиболее жесткая — женщины хуже всего представлены на самой верхней позиции. Авторы доклада отмечают, что более публично ориентированные институты — центральные и суверенные фонды — демонстрируют более высокий GCR, что согласуется с меньшей выраженностью такой модели в их культуре.

«Хотя устойчивые темпы улучшения за последнее десятилетие дают основания для оптимизма, при наблюдаемом темпе роста в 2,5 пункта в год потребуется 22 года, прежде чем среднее значение индекса начнет приближаться к 100. Иными словами, если нынешний темп улучшения сохранится, гендерного баланса в важнейших финансовых институтах мира можно ожидать примерно к 2048 году», — говорится в докладе.