«Многих людей столкнут вниз»: Нобелевский лауреат высказался о влиянии ИИ на рынок труда

Профессор Массачусетского технологического института Саймон Джонсон, в 2024 году получивший Нобелевскую премию по экономике за исследование долгосрочного влияния европейских колониальных империй на экономический рост и роли институтов в формировании процветания, считает, что ИИ может представлять серьезную угрозу рынку труда, и мировые правительства должны быть к этому готовы. Своими мыслями он поделился в интервью агентству Bloomberg.

По словам Джонсона, по масштабу внедрение ИИ сопоставимо с появлением железных дорог, электричества или цифровой трансформацией. Разница в том, что те процессы занимали десятилетия — отчасти потому что это были аналоговые технологии, требовавшие масштабного физического строительства. ИИ же распространяется за часы: “Когда впервые появился ChatGPT — это был, кажется, ноябрь 2022 года — примерно через 24 часа, насколько я мог судить, разговаривая с множеством людей, он использовался практически в каждом уголке мира”.

Лауреат Нобелевской премии считает, что в этом есть как хорошие, так и плохие стороны. Но времени на анализ остается не так много: “Электричеству потребовалось 35 лет, чтобы в полной мере проявить свое влияние на экономику, потому что нужно было строить новые фабрики для достижения производительности. Ну, это (ИИ — FM) точно не история на 35 лет”.

Джонсон считает, что ИИ абсолютно точно окажет «большое влияние» на экономику и рынок труда, однако пока трудно сказать, в какой именно форме это произойдет.

«Нынешняя траектория такова, что нас ждет масштабная автоматизация и потеря многих хороших рабочих мест. Любая технологическая трансформация также создает рабочие места, но то, что мы видим на этом пути в обозримом будущем, — это чистые потери хороших рабочих мест, рабочих мест с достоинством, рабочих мест с достойной оплатой», — заявил он, добавив, что перспективы выглядят все мрачнее. Впрочем, по словам экономиста, существует и альтернативный путь, а пессимистический исход не предрешен.

В качестве примера он привел компанию Waymo, которая занимается производством беспилотных автомобилей. «Она довольно успешна, потому что хорошо работает. Людям нравится. У нее 20% рынка в Сан-Франциско, и она распространяется на другие американские города», — говорит он. По словам Джонсона, когда появились Uber и Lyft, они разрушили бизнес такси, что стало плохой новостью для владельцев лицензий и некоторых таксистов, — но параллельно создали множество новых рабочих мест для других людей, перевозящих пассажиров в городах.

В ходе интервью Джонсон заявил, что не думает, что внедрение ИИ приведет к массовой безработице — разве только если случится Великая депрессия, а это, по убеждению нобелевского лауреата, не предвидится.

Джонсона беспокоит, что на рынке «снова исчезнет середина»: «Многих людей столкнут вниз». В частности, он назвал «поразительным» то, что происходит с выпускниками по специальности «компьютерные науки».

Говоря об отраслях, которые пострадают больше всего, Джонсон заявил, что под удар в первую очередь попадут сферы, где велика доля задач с рутинным элементом. «На первый взгляд это очень много офисных и канцелярских работ», — отметил он. Однако, по его словам, давление распространяется и на другие профессии — например, на производство телеконтента или маркетинг.

«А еще есть работы типа Waymo, правда? 3,5 миллиона курьеров — цифра, которую обычно называют. Сколько из них еще будут нужны? Возможно, они по-прежнему нужны, чтобы занести посылку на ступеньки. Это возможно. Но как долго до того, как робот сможет это сделать?», — рассуждает экономист.

На вопрос о том, приведет ли ИИ к росту производительности и станет ли общество от этого более процветающим, Джонсон ответил сдержанно.

Мнение о том, что рост производительности под влиянием ИИ будет сдерживать инфляцию и тем самым создаст пространство для снижения ставок центральными банками, нобелевский лауреат назвал «несколько преувеличенным». «Я бы был осторожен. Думаю, во многих случаях речь идет о контроле. То есть вы переходите на ИИ, потому что чувствуете, что это дает вам больше контроля над рабочим процессом. Производительность может и не вырасти так уж сильно, но вы можете держать работников в узде». Он пояснил, что если на рынке труда будет много свободных мощностей, это потребует снижения процентных ставок — но не потому что это бум производительности, а потому что это K-образная экономика, в которой те, кто зарабатывает много, выигрывают, а те, кто зарабатывает мало, проигрывают.

Говоря о вовлеченности политиков в решение проблемы, Джонсон отметил, что в этот вопрос должно быть вовлечено значительно больше людей.

Поэтому, как считает Джонсон, сейчас должны быть организованы дебаты о том, как перенаправить технологию и сделать ее более ориентированной на работников. “Какая-то автоматизация будет. Но похоже, что в корпоративном секторе есть нездоровая одержимость тем, сколько рабочих мест можно срезать с помощью ИИ, вместо того чтобы думать, какой объем выручки можно нарастить”.