ЦБ выдвинул семь аргументов в иске против заморозки активов в ЕС
Банк России в феврале направил иск в Общий суд Европейского союза, оспаривая постановление Совета ЕС от 12 декабря 2025 года о бессрочной заморозке российских суверенных активов. Из судебных документов, опубликованных 13 апреля, следует, что регулятор выдвинул семь аргументов против ограничительных мер. Постановление № 2025/2600 запрещает любую передачу активов Центробанка в европейской юрисдикции и блокирует судебную защиту прав на эти средства, включая исполнение арбитражных решений.
Центробанк в иске указывает, что Совет ЕС неправомерно использовал статью 122 Договора о функционировании Европейского союза при введении санкций. По мнению регулятора, следовало применить статью 215, которая требует единогласного решения всех членов Совета для подобных мер. В декабре же документ приняли квалифицированным большинством — против выступили только Венгрия и Словакия. Статья 122 предусматривает чрезвычайные полномочия для помощи странам ЕС при экономических сложностях, тогда как статья 215 регулирует ограничительные меры против третьих государств в рамках внешней политики.
Среди других доводов ЦБ — нарушение принципа пропорциональности из-за чрезмерного масштаба заморозки, нарушение суверенного иммунитета и права собственности. Регулятор указывает, что Совет предоставил размытые обоснования для ограничений и вышел за пределы полномочий, поскольку только государства-члены вправе принимать решения об иммобилизации суверенных активов на своей территории. Совет ЕС обосновывал постановление ущербом для собственной экономики — всплеском цен на нефть, конфискацией средств европейских инвесторов в России и потерей экономического роста.
Юристы, опрошенные РБК, назвали набор аргументов неоднозначным. Советник практики разрешения споров Orion Евгений Летуновский отмечает, что ЦБ смешал стандартные основания для таких дел с специфической аргументацией о суверенном иммунитете и запрете иммобилизации активов государства. «На мой взгляд, основными являются специфические аргументы. Пункт один атакует баланс властей в ЕС и сложившуюся практику обхода вето отдельных стран. Пункты пять и семь используют концепцию суверенного иммунитета, то есть защиты активов другого государства от взыскания за рубежом», — говорит эксперт.
Партнер АЛРУД Сергей Петрачков обращает внимание на аргумент о недопустимости применения ограничительных мер к активам Центробанка на основании статьи 122. Адвокат Usoskin Arbitration Сергей Усоскин подчеркивает, что практика Суда ЕС заключается в предоставлении органам союза широкого усмотрения в определении целей санкций, поэтому наиболее перспективными выглядят доводы о компетенции и иммунитете.
Эксперты сдержанно оценивают перспективы иска. Управляющий партнер в России Nordic Star Анна Заброцкая указывает, что в делах о внешней политике суды ЕС обычно предоставляют институтам союза широкий предел усмотрения. При этом вопрос правовой основы не является формальным. «Если будет установлено, что статья 122 применена для достижения целей, характерных для статьи 215, это может стать наиболее уязвимым элементом оспариваемого акта», — отмечает юрист.
Летуновский рассматривает подачу иска как политический шаг. «Банк России перевел политический вопрос санкций в правовую плоскость. Совету ЕС придется тратить время и ресурсы на обоснование легитимности своих шагов и делать это в публичном поле», — объясняет эксперт. Даже отказ может принести пользу — например, при подаче инвестиционных арбитражных исков это станет подтверждением исчерпания доступных средств правовой защиты.
Петрачков считает, что оспаривание необходимо как для минимизации рисков по европейскому законодательству, так и для демонстрации ненадежности защиты суверенных активов в ЕС. Это имеет прикладное значение для российского процесса против Euroclear — для подтверждения компетенции российского суда и демонстрации реализации всех возможных средств защиты. «Безусловно, за этим процессом внимательно следят центральные банки и подобные организации всех стран мира, которые хранят часть своих резервов в евро и ценных бумагах, учитываемых европейскими депозитариями»,— добавляет Усоскин.