Лагард впервые допустила возможность использования замороженных активов РФ
Президент Европейского центрального банка Кристин Лагард впервые дала понять, что допускает использование замороженных российских активов для финансирования Украины — при условии, что страны будут действовать согласованно и строго в рамках международного права. Как передает Bloomberg, об этом она заявила в эфире программы CBS Face the Nation.
«Я считаю, что справедливое использование может заключаться в операционном кредите, в котором денежные остатки используются как залог, — сказала Лагард. — И, на мой взгляд, сила системы должна основываться на том, что все страны, владеющие российскими активами, действуют одинаково».
«Если все страны, владеющие активами с доступными денежными остатками, которые можно использовать как залог, пойдут по пути выдачи кредитов Украине — кредитов, которые будут погашены за счет российской финансовой поддержки восстановления Украины, поскольку Россия является агрессором, — тогда, я думаю, это станет весомым сигналом, убеждающим Россию сесть за стол переговоров», — добавила она.
По данным Bloomberg, две недели назад Лагард провела разговор с президентом Украины Владимиром Зеленским. Ранее ЕЦБ с осторожностью относился к идее конфискации российских активов, опасаясь последствий для международного статуса евро и финансовой стабильности. В апреле 2024 года Лагард предупреждала министров финансов стран G7, что принудительное использование активов РФ стало бы «нарушением права, которое вы хотите, чтобы Россия уважала».
Как напоминает агентство, ЕС все активнее рассматривает, как можно применить около 200 млрд евро замороженных российских средств, поскольку другие источники финансирования военных и экономических потребностей Украины постепенно иссякают. Этот вопрос будет обсуждаться на встрече лидеров ЕС на текущей неделе. Согласно обсуждаемым планам, Украине могут выдать около 140 млрд евро ($163 млрд) в виде кредитов, обеспеченных замороженными российскими активами. Эти средства нужно будет вернуть только если Россия согласится выплатить компенсацию за нанесенный ущерб.
Этот вопрос особенно чувствителен для еврозоны, отмечает Bloomberg, поскольку ЕЦБ видит возможность укрепить международную роль евро на фоне атак президента Дональда Трампа на мировую торговлю и американские институты, включая Федеральную резервную систему.
«Я вижу признаки того, что привлекательность доллара слегка ослабевает, и время покажет, будет ли это ослабление нарастать», — сказала Лагард, сославшись на рост цен на золото и отток капитала из США в Европу и другие регионы.
«Чтобы валюта пользовалась настоящим доверием, нужны несколько вещей, — отметила она. — Нужна геополитическая надежность, верховенство права и сильные институты, а также, я бы сказала, достаточно мощная военная сила. Думаю, как минимум по одному, а возможно и по двум из этих пунктов США по-прежнему находятся в доминирующем положении, но им стоит быть осторожными, потому что эти позиции могут постепенно ослабевать».
Еще весной 2024 года Кристин Лагард была одним из самых осторожных голосов в дискуссии о судьбе российских резервов. На встрече министров финансов G7 в Вашингтоне она резко раскритиковала предложения использовать или конфисковывать замороженные активы России, заявив, что такой шаг может нарушить международное право и подорвать финансовую стабильность.
Лагард, проработавшая юристом в Baker & McKenzie 25 лет, подчеркивала, что у нее «нет ни малейших сомнений» в том, что Россию следует заставить заплатить за нанесенный ущерб Украине. Но она отмечала, что «ускоренное получение средств из-за отсутствия финансирования в других источниках открывает целый ряд других вопросов», касающихся международного права, финансовой стабильности и солидарной ответственности.
«Переход от замораживания активов к их конфискации, к распоряжению ими — это то, что необходимо рассмотреть очень тщательно», — говорила Лагард, предупреждая, что это может повлечь за собой «нарушение международного порядка, который вы хотите защитить, который вы хотели бы, чтобы Россия уважала».
Она также указывала на «юридические препятствия» и «огромную асимметрию» в распределении активов: почти 200 млрд евро находятся в Европе и лишь около 6 млрд — в США.