ЕС хочет использовать средства на счетах россиян для помощи Украине

Евросоюз рассматривает возможность привлечь дополнительные средства для поддержки Украины, используя замороженные активы, принадлежащие российским гражданам и компаниям. Об этом сообщает Politico со ссылкой на внутренний документ Еврокомиссии, с которым ознакомилось издание.

По данным издания, Еврокомиссия предложила обсудить вариант расширения механизма «Репарационный кредит» (Reparations Loan) — кредитной инициативы, финансируемой за счет доходов от замороженных российских активов. В документе, разосланном столицам стран ЕС перед заседанием послов в пятницу, 17 октября, говорится, что «следует рассмотреть возможность распространения инициативы на другие замороженные активы внутри ЕС».

Речь идет о 25 млрд евро, находящихся на частных банковских счетах по всему Евросоюзу, уточняет Politico. Эти средства не относятся к резервам российского Центробанка.

При этом в документе Еврокомиссии подчеркивается, что юридическая возможность такого шага пока не оценивалась. «Юридическая осуществимость распространения подхода «Репарационный кредит» на такие активы пока не была подробно изучена. Такая оценка должна быть проведена до принятия решения о дальнейших шагах», — говорится в цитате, приводимой Politico.

Издание пишет, что на следующей неделе на саммите в Брюсселе лидеры ЕС обсудят принципы новой схемы финансирования, а Еврокомиссия должна представить конкретное предложение по кредиту. В ноябре документ планируется рассмотреть на встрече министров финансов ЕС.

В материале Politico не уточняется природа этих 25 млрд евро и то, идет ли речь о средствах, замороженных в рамках антироссийского санкционного режима, или о других активах. Frank Media направили запрос в Европейскую комиссию с просьбой разъяснить, что представляют собой эти средства и существуют ли юридические риски при возможном их использовании.

Отдельно в статье отмечается, что основой репарационного кредита Украине могут стать 140 млрд евро суверенных российских активов, замороженных в Евросоюзе, в основном в бельгийском депозитарии Euroclear. Именно эти средства предполагается направить на финансирование крупного кредита Украине, который пойдет на развитие ее оборонно-промышленного комплекса и интеграцию в европейскую оборонную индустрию, а также на поддержку госбюджета страны при соблюдении определенных условий.

Согласно документу, Еврокомиссия также предлагает ввести систему национальных гарантий, чтобы защитить Euroclear и государства ЕС от возможных юридических исков со стороны России. Эти гарантии должны обеспечить доступ к ликвидности в случае судебных требований, а, начиная с 2028 года, обязательства предполагается включить в семилетний бюджет ЕС.

После начала вооруженного конфликта между Россией и Украиной в феврале 2022 года США, ЕС и их союзники запретили операции с Центральным банком и Министерством финансов России, заблокировав около $300 млрд суверенных российских активов. Примерно $100 млрд из них находятся в США, остальное — в ЕС. Основная доля европейских активов — в первую очередь ценные бумаги, в которые инвестировал российский Центробанк, — размещена в Euroclear, также часть средств хранится в Clearstream.

Вопрос использования этих активов регулярно поднимался рядом стран ЕС, а также администрацией бывшего президента США Джо Байдена. Однако до практических шагов по конфискации средств дело не дошло. Среди наиболее активных противников изъятия были глава ЕЦБ Кристин Лагард, предупреждавшая, что такое решение подорвет доверие к еврозоне и приведет к бегству инвесторов, а также сам Euroclear. Премьер-министр Бельгии Барт де Вевер называл возможную конфискацию «актом войны», подчеркивая, что замороженные активы — «это не копилка Путина, которую можно просто разбить молотком».

В итоге страны G7 согласовали компромисс: Украине был предоставлен кредит на $50 млрд под залог сверхдоходов от инвестирования замороженных российских средств, при этом «тело» активов решено было не трогать. Сейчас обсуждается расширение этой схемы и возможная выдача «репарационного кредита», а также — переход к прямой конфискации самих активов.