«Подозрительно позитивные цифры»

Стокгольмский институт переходного периода при Стокгольмской школе экономики по заказу шведских властей подготовил доклад о положении дел в России. В нем авторы, по собственному выражению, стремятся развеять «туман войны» и критически рассмотреть ключевые заявления российских чиновников, а также транслируемые ими «подозрительно позитивные цифры» — например о том, что санкции не работают, ВВП растет, а цены остаются под контролем.

Frank Media ознакомился с текстом документа и приводит его основные выводы. Решить, насколько убедительными оказались аргументы его авторов, редакция предлагает читателям самостоятельно.

Правительство Швеции поручило NIER проанализировать экономическое развитие России в середине июля 2024 года. Исполнитель, по замыслу шведских властей, должен был выяснить, как военные действия против Украины повлияли и повлияют на экономический рост в России в краткосрочной, среднесрочной и долгосрочной перспективах, изучить ключевые показатели российской экономики, а также «выявить любые экономические дисбалансы и уязвимости, вызванные войной, на общем уровне и в ключевых секторах». NIER, в свою очередь, заказал доклад Стокгольмскому институту экономики переходного периода при Стокгольмской школе экономики, который в начале октября опубликовал свой отчет под названием «Российская экономика в тумане войны». 

«Почему доклад о российской экономике необходим именно сейчас? Короткий ответ заключается в том, что миру необходимо понять, какими ресурсами располагает Россия», — говорится в начале исследования. Как отмечают его авторы, в настоящее время этот анализ осложняется тем, что большинство статистических данных предоставляется государственными структурами. Кроме того, власти, хоть и возобновили публикацию данных по многим важным показателям, «их содержание труднее отследить, они менее подробны, доступны только на русском языке и иногда раскрывают подозрительно позитивные цифры». Особенно актуальна критическая оценках информации, поступающей от российского правительства, по мнению SITE, для международных финансовых институтов и других западных институтов, «которые давно пользуются доверием и имеют большую аудиторию». 

SITE был создан в 1989 году шведским экономистом Андерсом Аслундом. Институт занимается анализом экономических, социальных и политических изменений, происходящих в странах с переходной экономикой, особенно в постсоветских государствах и странах Центральной и Восточной Европы. В настоящее время его председателем является Финн Раусинг, глава упаковочной компании Tetra Laval (его дедушка был основателем Tetra Pak). 

Центральное место в докладе SITE отведено анализу достоверности двух ключевых экономических показателей РФ — роста ВВП и инфляции, из которого следует, что рост цен в стране может быть значительно выше официально объявленного, а рост экономики — значительно ниже. 

В частности, авторы доклада обращают внимание на то, что данные Росстата сильно отличаются от альтернативных показателей инфляции, например, индекса товаров повседневного спроса (FMCG), рассчитываемого российской службой мониторинга общественного мнения РОМИР. Данный индекс включает в себя в основном продукты питания и косметику, и, по оценкам РОМИР, доля FMCG в общих расходах домохозяйств составляет около 50%. «Их индекс дает стабильно более высокие темпы инфляции, чем общий индекс потребительских цен (ИПЦ) и ИПЦ на продовольственные товары, рассчитываемый Росстатом», — говорится в докладе. В мае 2022 года показатель инфляции по РОМИР достиг своего пика — более 40% в годовом исчислении. С тех пор он значительно снизился, но остается примерно в два раза выше, чем у Росстата: в июне 2024 года инфляция по подсчетам РОМИР составляла 16% против 8-10%, опубликованных Росстатом. 

В исследовании также отмечается, что в отличие от РОМИР, Росстат традиционно считает долю продуктов питания в корзине ИПЦ России на уровне 38%, что «является слишком низким показателем и приводит к занижению инфляции». Кроме того, Росстат наблюдает за ценами на товары, которые потребители действительно покупают, и вполне вероятно, что многие российские домохозяйства начали покупать более дешевые товары-заменители из-за санкций и бюджетных ограничений, и такой эффект замещения не будет отражен в ИПЦ, предполагают в SITE. 

Кроме индекса ROMIR, авторы исследования предлагают взглянуть на инфляцию через призму ключевой ставки ЦБ РФ, при которой уровень инфляции соответствует реальной процентной ставке на среднем уровне, который был в 2020 году (реальная процентная ставка — это процентная ставка, скорректированная на инфляцию — FM).

«Примечательно, что этот показатель расходится с официальными данными по инфляции с осени 2023 года. По последним имеющимся данным, этот показатель составляет около 16% по сравнению с официальной инфляцией в 9%», — отмечается в докладе. 

То, как рассчитываются изменения цен, также играет важную роль при расчете реального роста ВВП, продолжают авторы исследования. В своем докладе они представили четыре альтернативных показателя роста реального ВВП в 2023 году, ни один из которых не соответствовал официально объявленному росту в 3,6%. В качестве основы для альтернативных показателей авторы использовали различные экономические модели: одна связывала рост ВВП с колебаниями цен на нефть, другая опиралась на инфляционный индекс ROMIR, а третья анализировала динамику ВВП в долларовом эквиваленте. В этих альтернативных сценариях рост ВВП в принципе отсутствовал, диапазон падения составлял от -1,7% до — 10,8% (сильнее всего он упал в сценарии, где рост ВВП  рассматривался с учетом его измерения в долларах США). 

При этом Всемирный банк (ВБ) в июне улучшил прогноз по росту ВВП России в 2024 году, увеличив его до 2,9% с 2,2%, прогнозируемых еще в апреле. Вместе с этим ВБ также повысил прогноз по ВВП и на 2025 год — с 1,1% до 1,4%. Одной из причин ВБ указывал, что военное производство будет поддерживать экономическую активность страны.

Авторы доклада из SITE обращают внимание на тот факт, что дефлятор ВВП и ИПЦ Росстата значительно расходятся в 2022 и 2023 годах. По их мнению, это могло произойти, потому что они измеряют разные наборы цен. ИПЦ отражает цены, с которыми сталкиваются домохозяйства, а дефлятор ВВП включает также цены, которые платят предприятия и государственные структуры. В 2022 и 2023 годах этот разрыв стал особенно заметен, так как бизнес и правительство покупали товары и услуги, которые были более подвержены колебаниям валютных курсов и росту издержек из-за санкций, предполагают в SITE. И добавляют, что рост расходов на военные нужды увеличил вес этих секторов в структуре ВВП, что привело к снижению доли потребления домохозяйств. “Это означает, что рост ВВП больше не отражает улучшение благосостояния населения, что важно учитывать при оценке состояния российской экономики”, — считают шведские исследователи. 

В разделе, посвященном антироссийским санкциям, шведские экономисты показывают, что они значительно снизили прибыль и налоговые поступления от экспорта нефти и газа, а также уменьшили доступ к высококачественным западным товарам, критически важным для проведения военной операции или имеющим двойное назначение, хотя и не полностью их исключили. Так, в частности, в докладе приводятся данные о снижении выручки “Газпрома” в первой половине 2023 на 41%, а прибыли — на 71%. Добыча газа сократилась на 25%. В результате «Газпром» зафиксировал убыток почти в $7 млрд в 2023 году, впервые за два десятилетия, отмечают авторы доклада. Переориентация на азиатские рынки, по их словам, затруднена из-за недостаточной инфраструктуры, а цены на газ для Китая оказались значительно ниже ожидаемых. 

Нефтяной сектор, по мнению специалистов SITE, имел больше возможностей для адаптации к санкциям. Хотя точные данные о добыче ограничены, эксперты считают, что объемы оставались стабильными. Россия открыла новые рынки и снизила налоговое бремя для стимулирования производства, но нефтяное эмбарго и ограничение цен привели к снижению доходов, указывают они. По данным доклада, санкции в отношении нефтяного сектора (эмбарго и ограничение цен) в совокупности привели к увеличению транзакционных издержек для России в диапазоне $10-20 за баррель. Разница в $15 за баррель на всю нефть составляет около 1,2% ВВП России, а $15 за баррель на нефть марки Urals — около 0,75%, или около $50 млн в день. Хотя со временем скидки на нефть марки Urals для азиатских рынков снизились, что привело к увеличению доходов от этих продаж, логистические проблемы и более высокие затраты на транспортировку ограничили рентабельность экспорта на азиатские рынки, добавляют шведские экономисты. 

Больше же всех от от санкций против энергетического сектора, по мысли авторов доклада, пострадал государственный бюджет. «Энергетический сектор служит стержнем фискальной стабильности российского правительства и оказывает мультипликативный эффект на всю экономику <…> Второй уровень этой [санкционной — FM] стратегии  охватывает все остальные виды экспорта и импорта, а также финансовые потоки, имеющие фундаментальное значение для экономической эффективности. Ограничение этих операций может оказать каскадное воздействие на экономическое функционирование России и ее способность финансировать военные начинания», — говорится в докладе. 

По мнению авторов работы, чтобы правильно оценить влияние санкций на российскую экономику, нужно сравнивать реальные результаты с тем, что могло бы произойти, если бы санкций не было. В 2022 году официальные данные показывают, что экономика России сократилась на 1-2%, что свидетельствует о том, что экономика действительно пострадала, но все равно справилась с трудностями относительно неплохо, отмечают в SITE. Однако следует учитывать, что если бы не военный конфликт, высокие цены на нефть в 2022 году могли бы обеспечить рост экономики на 5-9%. “Поэтому фактические потери от санкций, если сравнивать с потенциальным ростом, составляют примерно 6-11% ВВП. Это значит, что экономика не просто пострадала, а потеряла значительную часть своего потенциального роста”, — говорится в докладе.

Прогнозы для российской экономики, согласно докладу, мрачны в среднесрочной и долгосрочной перспективе, несмотря на относительно благоприятную картину в краткосрочной, основанную на официальной статистике. По данным исследователей, основные факторы экономического роста — инновации, инвестиции и рабочая сила — демонстрируют негативные тенденции. Прогнозируется падение мировых цен на нефть, ключевого источника доходов для России, до $50-55 за баррель к 2026 году, что ниже заложенных в российский бюджет $72.

Кроме того, усиливаются структурные проблемы: иностранные инвесторы покидают страну, происходит отток молодых и образованных специалистов, Централизация власти и ограничение свобод «подавляют инновации и эффективность», а «переориентация на военную экономику вытесняет ресурсы из более продуктивных секторов», заключают авторы доклада. 

В своем исследовании SITE в том числе описывает состояние российской экономики до февраля 2022 года: в нем анализируется ее структура и факторы экономического роста, положение по сравнению с Западом, торговые потоки и роль крупного бизнеса, в частности персонально олигархов. Также рассматриваются вопросы состояния Фонда национального благосостояния (ФНБ), который сократился почти на 13% за последние четыре года, с акцентом на снижение его ликвидности и зависимость от курса юаня. В анализе банковской системы и инвестиционной активности отражены проблемы с доступом к иностранным валютам и нарастающая роль китайского юаня в торговле на валютном рынке. 

В Министерстве финансов, Министерстве экономического развития, ЦБ РФ, Росстат и РОМИР пока не ответили на запрос Frank Media.