Дело Ивана Голунова касается нас всех

“И пусть остаться здесь сложней, чем уйти,
Я все же верю, что мне повезет”
Анатолий Крупнов

Нам всем стало страшно. Каждый легко может представить себя на месте Ивана Голунова: идешь себе по Москве, большие планы на день, и тут жизнь разрезается незнакомым тебе пакетом с белым порошком на «до» и «после».

После задержания Голунова мы все особенно остро почувствовали себя беззащитными.

Может ли быть виновен Иван Голунов в распространении наркотиков? Теоретически — да. Принадлежность профессии не делает человека автоматически кристальным. У каждого может быть темная сторона. И журналист может быть наркоторговцем, и священник растлителем, и режиссер мошенником, и предприниматель вором.

Да, это прискорбно, но не разрушительно для общества, если за преступлением следует квалифицированная следственная работа, квалифицированная судейская работа и наказание по решению суда.

Может ли мошенником, взяточником, фальсификатором уголовных дел может быть и сотрудник полиции? Теоретически, тоже — да. В полиции работают разные люди — и кристальные и порочные. Порок в полиции — более опасен для общества, чем порок, скажем, в творческой среде. Но и это не разрушительно для системы, при соблюдении нулевой терпимости к правонарушениями людей в форме. Мы хотим быть уверенны, что полиция, как система, одержима честью мундира. Мы хотим, чтобы полицейский, преступивший закон, наказывался строже рядового гражданина. Чтобы звание, погоны и мундир для преступника были отягчающим обстоятельствам. Мы хотим доверять полиции.

К сожалению, сегодня доверие к полиции подорвано. Сегодня нам более вероятным кажется попытка посадить неудобного журналиста по сфабрикованному делу, чем разоблачение тайного нарковарщика-одиночки, российского Уолтера Уайта.

Как-то незаметно у всех нас (здесь я могу говорить про банковское сообщество) в ближнем кругу появились люди, получившие опыт судебного и уголовного преследования в процессе расчистки банковского рынка. Кто-то сидит в тюрьме, кто-то ходит на допросы, кто-то учится жить с неподъемным бременем субсидиарной ответственности. Нет сомнений, что среди обвиненных есть заслуживающие наказание. Но нам известны и другие истории, в которых, как и в случае с Иваном Голуновым, невозможно поверить в злой умысел в составе группы по предварительному сговору.

Неожиданно предпринимательство и работа менеджера стали профессиями с высоким риском уголовного преследования. Предлагаемые нам рецепты «рассчитывать бизнес-риски», «не воровать и вести себя прилично» не кажутся нам 100% гарантией безопасности. Ровно как и взятие дел под личный контроль высокопоставленных чиновников — не дает особой надежды на справедливый исход этих дел. Мы теряем веру по двум причинам:

От всего этого опускаются руки.

Я хочу, чтобы жизнь в России стала лучше. Я хочу, чтобы мои дети и внуки жили в процветающей, комфортной и безопасной стране. Чтобы они гордились Родиной, гордились историей и делами своих родителей, бабушек и дедушек. Это желание — одна из ключевых мотиваций делать что-то созидательное. 

Наши проекты — Frank RG и киношкола ЦЕХ — это миниатюрные модели того общества, в котором я хочу жить. Общества открытости, предпринимательской инициативности, творческой энергии, доверия, уважения, созидания. Я вижу много людей, которые разделяют мои взгляды и мечты.

Но почти невозможно созидать в обществе, которое сковывает страх. В современном тесном мире единственное к чему может мотивировать сильный страх, так это к смене места жительства. И люди уезжают, теряя в условиях жизни, в доходе, в статусе. Ради безопасности.

Я считаю, что тезис «Свободу Ивану Голунову» — не в полной мере отражает общественный запрос. Нам нужно больше! Нам нужны гарантии равного доступа к справедливому рассмотрению споров: споров между компаниями, споров между гражданами, споров с государством.

P.S. От имени редакции Frank Media выражаю поддержку Ивану Голунову! Мы верим в его невиновность!