Аудитор Wirecard мог знать о непрозрачных сделках компании до ее краха
Что случилось. Информация о подозрительных сделках одного из крупнейших платежных операторов Wirecard поступала его аудитору EY от информатора еще за четыре года до краха немецкого финтех-гиганта. Об этом пишет FT со ссылкой на не публиковавшееся ранее «информационное приложение» к отчету, составленное привлеченным Wirecard аудитором KPMG.
Подробнее. EY более 10 лет был основным аудитором Wirecard. В 2019 году компания наняла другого аудитора — KPMG, и уже через полгода работы – в апреле 2020 года – он заявил, что не может подтвердить все транзакции Wirecard за 2016-2018 годы из-за недостатка документов. Еще через два месяца EY признал, что не может найти на счетах оператора 1,9 млн евро (четверть баланса Wirecard). Вскоре после этого в июне 2020 года финтех-компания объявила о банкротстве.
К своему апрельскому отчету по Wirecard KPMG составил приложение с выводами, не входившими в непосредственную компетенцию аудитора, но показавшимися ему значимыми. С этим приложением ознакомилась FT. В нем говорится, что в мае 2016 года в штаб-квартиру EY Germany в Штутгарте пришло письмо от информатора, сообщившего о подозрительных сделках Wirecard в Индии. Все они были закрыты в начале 2016 года. За 340 млн евро Wirecard купила три платежные компании Hermes i Tickets, GI Technology и Star Global. Они были куплены у “непрозрачной” маврикийской фирмы Emerging Market Investment Fund 1A (EMIF 1A), пересказывает FT. Информатор указывал, что “высшее руководство Wirecard Germany прямо или косвенно владело пакетами акций EMIF 1A, а значит было вовлечено в конфликт интересов”.
Также информатор утверждал, что топ-менеджеры Wirecard искусственно завысили операционную прибыль индийских активов. При этом менеджер Wirecard, занимавший руководящий пост в Hermes, якобы предлагал сотруднику EY в Индии “вознаграждение”, если тот подтвердит поддельные данные, пишет издание.
Расследованием изложенных информатором фактов занялось подразделение EY по борьбе с мошенничеством, но оно было досрочно закрыто по указанию бывшего главного операционного директора Wirecard Яна Марсалека, уточняет FT. Сейчас он – фигурант списка «самых разыскиваемых персон» Интерпола.
Сам Марсалек отзывался о письме информатора EY как о действиях мошенника. Как он объяснил KPMG, один из сотрудников EY в Индии обратился к Wirecard с требованием о дополнительных заказах для аудитора, а после того, как это требование было отклонено, появилось письмо разоблачителя.
Наблюдения, сделанные в рамках расследования, не были достаточно подробно проанализированы аудиторами EY, составившими отчет о деятельности немецкой компании за 2017 год. Так, например, обвинения во взяточничестве одного из менеджеров EY были рассмотрены только самим аудитором, хотя, на взгляд KPMG, разбираться в этом деле должен был бы независимый аудитор. При этом EY даже не опросил топ-менеджера Hermes.
В середине сентября исполнительный директор EY Global Кармине Ди Сибио написал в записке клиентам, что аудиторы должны играть более важную роль в процессе выявления случаев мошенничества. Но дело может быть не только в полномочиях, аудиторов, но и в их стремлении расследовать различные эпизоды.
В самом EY изданию заявили, что «вопросы, поднятые в связи со сделкой Hermes, были надлежащим образом раскрыты членам наблюдательного совета и правления Wirecard». Никаких доказательств сговора обнаружено не было.
Зачем мне это знать. Кейс, описанный FT, может повлиять на результаты расследования, которое в отношении EY ведет немецкий надзорный орган, оценивающий деятельность аудиторов — APAS. К тому же именно после разоблачительных статей в FT к Wirecard стали появляться первые вопросы, которые в итоге привели компанию к банкротству.
Во времена финансовых кризисов банкирам важно оставаться в курсе текущих новостей. Подпишись на наш телеграм – канал Frank RG (https://t.me/frank_media) чтобы оперативно получать данные о ситуации в банках и экономике. Не пропусти, когда начнется!