The Economist объяснил, откуда берется прибыль у западных банков в РФ
Совокупная прибыль пяти крупнейших банков Европейского союза, продолжающих работу в России, выросла в 2023 году в три раза по сравнению с годом ранее, составив почти 3 млрд евро. При этом объемы бизнеса российских “дочек” европейских банков cущественно падают: Raiffeisen банк, например, сократил свой кредитный портфель с февраля 2022 года на 58% и перестал выдавать новые кредиты, пишет The Economist.
Издание насчитало три основных причины продолжающегося роста прибыли, среди которых:
- Разница между “мизерными” процентными ставками, которые банк платит вкладчикам по депозитам, и ставками российского Центробанка (сейчас она почти в четыре раза выше, чем три года назад);
- “Технический момент”: в 2022 году банки создавали значительные резервы под потери по кредитам, однако “цунами дефолтов” не произошло. В итоге эти резервы были списаны, что привело к росту прибыли, отмечает Халил Сентюрк из рейтингового агентства Morningstar dbrs;
- Санкции. Ограничительные меры ЕС заставили многие западные банки покинуть российский рынок, что “сыграло на руку” оставшимся конкурентам, например — Raiffeisen банку. “После начала СВО депозиты австрийского банка резко выросли, несмотря на то, что он держал ставки на крайне низком уровне. Это объясняется тем, что российские вкладчики предпочитают хранить часть своих средств в западных банках на случай, если отечественные потерпят крах”, — пишет The Economist. Также Raiffeisen банк играет важную роль в проведении платежей иностранных компаний в Россию и из нее: в феврале 2023 года, по данным издания, на его долю пришлась “почти половина всех платежей с остальным миром”.
Между тем, как отмечает The Economist, такой бизнес выглядит привлекательным только на бумаге, поскольку прибыль банка трудно репатриировать. “В России действует жесткий контроль за движением капитала, который не позволяет банкам перемещать наличные. В то же время значительные “бумажные” прибыли привлекают внимание американских и европейских регуляторов”, — замечает издание. Так, в мае несколько банков, продолжающих работу в РФ, получили письмо от Европейского центрального банка с призывом сократить свои операции в России. Raiffeisen банку было предписано сократить свой российский кредитный портфель на 65% к 2026 году, “что быстрее, чем банк планировал”. В декабре 2023 года президент США Джо Байден подписал указ, согласно которому иностранные банки могут быть подвергнуты вторичным санкциям, если будет установлено, что они участвуют в сделках, связанных с российским ВПК. В мае текущего года Джанет Йеллен, министр финансов США, предупредила европейские банки, что «работа в России сопряжена с огромным риском».
“Проблема для европейских банков в России заключается в том, что у них мало путей выхода. В идеале они должны продавать местные подразделения другим иностранным компаниям, но мало кто заинтересован в приобретении такого сложного с геополитической точки зрения бизнеса”, — пишет The Economist. Продажа иностранных компаний российским резидентам требует одобрения президентом Владимиром Путиным, что, “учитывая контекст”, означает, что “любые сделки вряд ли будут заключены по справедливой цене”, указывает СМИ, добавляя, что большинство недавних попыток завершить продажи либо затянулись, либо потерпели крах. Более “творческие” способы репатриации капитала также связаны с большими рисками: так, Raiffeisen впервые попал под пристальное внимание американского Минфина из-за попытки обменять часть своих российских активов на долю в австрийской строительной компании Strabag, косвенно связанной с российским олигархом Олегом Дерипаской, находящимся под санкциями.
Таким образом, у европейских банков остается последний вариант: продолжать сворачивать свои российские портфели, хотя это далеко не просто, и не только из-за повышенного внимания со стороны западных регуляторов, но и из-за риска ареста активов.В мае российский суд постановил арестовать активы Commerzbank и Deutsche Bank, двух немецких кредиторов, из-за их участия в газовом проекте, который был отменен после начала СВО. Суд также арестовал активы итальянского банка UniCredit.
“Все это означает, что велика вероятность того, что многие российские подразделения западных банков окажутся, по крайней мере, частично “уцененными”. Репутационная “цена” (работы в РФ — прим. FM) для банков выглядит выше, чем их возможная выгода”, — отмечает The Economist.